Коксинская роща

Стрелка - слияние рек Кокса и Катунь. 

гора Белуха - самая высокая точка Сибири. Высота - 4506 м.

В поисках Беловодья. Подробнее

  •  
  •  
  •  
  •  

Уймонские вести - всегда с вами вместе!

« Назад

Позитив старой закалки 14 07 2017 15:27

pozitiv1_0.jpgНадежда Галактионовна Лукьянова – человек удивительно позитивный. Как бы трудно ни было, виду не покажет, если и посетует на жизнь, то улыбкой или весёлой самоиронией. Считает: зачем «грузить» других своими проблемами, у каждого собственных хватает.
Она и о себе рассказывает, постоянно подшучивая над собой.
– Слава Богу, я родилась в своей родной деревне Верх-Уймон. В 1957 году, 4 апреля. Вот не так давно было 60. Славо Богу, мои родители – папулечка Галактион Фадеич Черепанов жив и здоров, 89 лет ему нынче, и мама Васса Владимировна Черепанова жива-здорова – ей 80 лет. Я очень счастлива, что они у меня живы-здоровы: есть возможность до сих пор чувствовать себя ребёнком, несмотря на то, что сегодня мне тоже уже не мало. В семье нас было четверо. Две девочки, два мальчика. Старшая – я. И с тех пор всю жизнь с детства всё старшая и старшая, старшая сестра. Со всеми вытекающими отсюда следствиями... Младший брат у нас инвалид, другой брат и сестра со мной работают. Живём семьями, слава Богу, дружно, и всё у нас хорошо.
Мы с будущим моим мужем учились вместе, в одном классе, лучшие из лучших учеников были, но после окончания школы в 1974 году даже и не думали, что будем ещё двести лет вместе. Я окончила в Барнауле «торговый», а Витя бросил свой физ-мат в Горно-Алтайске и побежал служить во флот. Некоторые удивлялись: «Да с твоими знаниями и оценками в аттестате хоть в какой университет можно, а ты в торговый?» Наверное, поступила бы, но не для меня эти физ-маты. А каждый, считаю, должен заниматься своим делом, которое он любит, которое ему интересно. Понятно, что не всегда и не у всех так получается по жизни, но стремиться к этому надо. Иначе что это за работа будет: через себя, из-под палки?
Меня распределили в Петропавловское райпо Алтайского края. Виктор отслужил свой флот и приехал в 1979 году в Петропавловское: «Поехали в Усть-Коксу!» Я говорю: «С чего это я поеду? Вроде как и здесь неплохо».
Как председатель Петропавловского райпо узнал, что приехал моряк, не знаю, но он сразу понял: заберёт меня, и он на пару с главбухом пришёл в общежитие наше райповское, бутылку на стол: «Моряк, не увози дивчину! – он с таким интересным украинским акцентом разговаривал. – Хорошая дивчина, я вам квартиру сразу даю!» А он был в первую очередь строитель, потом уж председатель райпо, потому, наверное, и магазины у него были в идеальном порядке. Уже в то время, в 1979 году, он строил своим работникам дома, квартиры, коттеджики. И тепло в доме, и вода в доме. У нас в Усть-Коксе тогда такого и близко не было.
– Я вам обещаю, остаёшься – и первый дом, который пускаем по осени, ваш!
Витя подумал-подумал: «Не-е-е, в Коксу поехали!» – с улыбкой вспоминает Надежда Галактионовна.
Ну и всё, домой так домой. Что нам квартира благоустроенная?!
– 15 мая было 38 лет, как меня посватали. Я сдалась тогда, приехала из Петропавловкого в Усть-Коксу, и вот 15 мая приехали сваты. И ровно через год родилась старшенькая доченька.
А когда свадьбу играли, 6 июля, засуха была жуткая. Все поля, все луга повыгорели. Ну, просто дождя ни капельки. И вот только мы сели за столы вечером, в огороде его родителей, вдруг откуда ни возьмись как ливанёт! Буря настоящая поднялась… А у нас просто навес над столами понарошку сделанный из палаточек, и я как раз на стыке сидела. От ливня набралась вода и на меня весь этот, может быть, кубометр дождя обрушился… Мама говорит: «Иди скорее переодевайся», а я: «Ничего подобного, я его сама так старалась шила это свадебное платье… Не-е, я в нём досижу.
Все нервничают, типа дождь ме- шает… А папулечка наоборот говорит: «Это хорошо, хорошо…» Спрашиваю: «Пап, чего хорошего-то?» – «Так столько дождя ждали, такая засуха, и тут в ваш день ливанул, значит жить будете хорошо и богато…» – «Ладно, поживём-увидим...»
А и правда хорошо с божьей помощью живём. Богато ли? Ну, не знаю, не знаю... Но зарабатываем, чтобы жить неплохо. Так 38 лет и живём.
– С чего начинали в Усть-Коксе?
– С того, что я умею и люблю, с торговли. Приехали, я сначала работала организатором по оргтехнике и развозной торговле. В обязанности входила полностью вся развозная торговля по району. А она огромная была. По стоянкам, по фермам, ветеранам и участникам войны... И строгий учёт всего вёлся. За сложную бытовую технику – тоже я отвечала. Она тогда была в небольших количествах. Были льготные очереди – для многосемейных, для передовых животноводов… Телевизоры и другая бытовая техника, всё строго контролировалось. А вот «Запорожцы», были тогда такие маленькие автомобили, жителям района свободно продавали.
Стали вводить самообслуживание в магазинах – снова я полностью за это ответственная была, сама все схемы чертила, куда какое оборудование поставить. По всем магазинам, а их тогда было 69!
– И как до них добирались? И сейчас-то дороги не ахти какие, а тогда, наверное, тем более...
– А вплоть до того, что и на лодках плавали. Так когда-то завозили продукты в некоторые сёла, когда не было мостов. В Верх-Уймон через мост, который держался на честном слове, порой нельзя было завоз сделать. На лодках перевозили товар. Но старались, конечно, спланировать доставку в зимний период, и это тоже на мне было. Центрозавоз – так это называлось. Просчитывали, сколько муки, соли, сахара надо на летний период в сторону Кучерлы, полностью правобережье – Тихонькая, Гагарка, Верх-Уймон, Маральник и всё, все, все по числу жителей завозили зимой.
К хорошему люди быстро привыкают. Сейчас в районе столько современных мостов, а некоторые всё равно не довольны, мол, ничего власть не делает... Так ведь и самим тоже немножко надо о себе беспокоиться, усилия прилагать для улучшения собстенных условий жизни...
Теория, которую получила в Барнауле, мало пригождалась… В основном закаляли практика и жизнь. Куда приедешь – начинаешь думать, как лучше сделать?
Я сама выбрала специальность торгового работника – и мне она нравится до сих пор – несмотря на то, что прошло сорок лет, «всего лишь». Всё торгую и торгую, всё учусь и учусь торговать. Академики, наверное, столько не учатся, сколько я.
А тогда начала, и начала, и начала… Товароведом продтоваров мне что-то захотелось… Немножечко проработала, вдруг меня захотели увидеть членом правления райпо. Поставили «кадры» возглавлять. Тогда работающих в райпо было 670 человек, представляете, какая армия огромная?! В каждом селе магазины, на центральных усадьба и по три, и по четыре. В Абайском КП были и бухгалтерия, и товароведы… Общественное питание – тоже огромная армия была. Кондитерский цех, хлебопекарня – ещё армия… Работа очень трудоёмкая была. Личные на подотчётных лиц и так далее, так далее…
Член правления и завкадрами. Я вроде как и не хотела. Но решила попробовать. Попробовала. Поняла: не моё.
Но кадровая работа тоже многому меня научила. Тогда, кстати, более ответственные были кадры. Особенно подотчётные лица. Сравниваю те времена с нынешними, и это как чёрное и белое. Тогда продавцы до копеечки считали, от а до я. При ревизиях вообще не было такого слова как недостача. Просто его не было. Потому что ответственность была конкретная. И совесть была...
– А что обо мне скажут дети? А что подумают соседи? Что вообще потом обо мне скажут, если я недостачу сделаю?
Даже какая-то боязнь что ли была у людей: вот он сегодня если поступит неправильно жить-то дальше как!? А сейчас у многих полная безответственность. Про совесть вообще всё чаще люди забывают. Что про нас скажут, что о нас подумают –  да  наплевать! Вот просто наплевать, извините за грубость. Откуда это взялось?!
Иной раз «подотчётники» сделают недостачу и уходят в другой магазин, чтобы там недостачу сделать и перейти в третий… Казалось бы,  район, в котором все друг друга знают, тем не менее есть такая категория людей.
– Тоже дело в отсутствии совести?
– Не только. Законы позволяют нечестным людям так действовать. Мы, предприниматели, уже сколько лет остро поднимаем этот вопрос. Я на кворумы разные ездила, везде от этого страдают предприниматели… Кого ни спросишь, все возмущаются. Почему-то под защитой законе не предприниматели, а те, кто у них ворует...
Я учёт веду идеально. И всегда так у меня было заведено. Старая закалка.
Если сегодня возникает недостача, документы все собираешь и в суд. И что? Совершивший недостачу, вместо того чтобы честно недостачу погасить, нанимает адвоката. Приходит с адвокатом, а я одна, у меня нет адвоката. Зачем он мне, и так знаю, что допущена недостача, потому что у меня все документы в идеальном порядке, всё учтено. Высуживаю своё. И что дальше? Дальше просто до смешного доходит. «Недостатчица» убегает в город, начала там от приставов прятаться. Сроки выплаты начинают истекать, вдруг сто рублей кинет на счёт... Хотя недостача – страшно говорить какие цифры!
И никто её не контролирует, не говорит: «Мы же понимаем, что ты специально устроилась там, где можно скрывать свои доходы. Так не пойдёт!» Такое впечатление создаётся, что сами приставы эти сто рублей отправляют, чтобы какое-то движение было...
А безнаказанность поощряет нечестных людей к нечестным делам. Они знают: даже если я высужу, то потом ничего с них всё равно не получу. И вот они таким образом и ходят по России-матушке… И наказывают нас, предпринимателей.
Уж как только ни объясняю: ты не у меня воруешь, целый коллектив зарабатывает и живёт на двадцать процентов торговой надбавки, которую  нам разрешается делать. Ты получаешь зарплату, видишь, какие происходят улучшения – и тепло в магазине, и красиво, и оборудование обновляется, и спецодежда… Ну всё для вас делаю, чтобы удобнее и приятнее было работать. Но для того, чтобы всё это было, надо эти двадцать процентов зарабатывать. И на них жить-существовать, и налоги платить, и всё-всё-всё…
Но не все это понимают…
– Почему? Недостаток хорошего воспитания в семье, в школе? Или они просто видят, кто-то миллиарды ворует, и ему ничего, а мы что не можем сто рублей что ли украсть? Что побуждает людей тырить в родном коллективе? Или менталитет такой: раз мы наёмники, а она хозяин, то святое дело у неё украсть?
– Что не святое –  точно! Сказано: «Не укради!» На мой взгляд, тут многое от соблазна. Его сегодня много предоставляется людям, и не каждый его может выдержать. Хочет иметь всё и сразу. А возможности для реализации этого хотения нет.
Я не говорю про всех. Хороших и честных людей, конечно, больше. Такие приходят, просчитают: из двадцати тысяч пятёрочку за кредит сегодня, это на детей, это у него на питание. И никаких проблем, он заработал, ему есть что получить, он знает, куда и что. А кого-то всеми способами контролируешь, а он такое придумает! Изобретательные…
А когда цифра неподъёмная всплывает, убегает. Иногда от этого даже желание работать пропадает. Думаю: «Ну и зачем мне эта маята, оставлю один магазинчик, на жизнь хватит...» Но следом другая мысль: «Но большинство-то ведь честные и добросовестные люди, и куда они, если я магазины закрою?» У всех дети и кредиты...
После «кадров» работала директором кооперативного предприятия (КП), – продолжает рассказ Надежда Галактионовна. – Их было десять в районе, по сельским советам, по совхозам. А коксинское – центральное.
И попутно ещё была председателем райкома профсоюза, на общественных началах. А работающих 670! Такая была огромная волокита. И отчётность, и конференции, и соцсоревнования, и обмен опытом, и путёвки, и больничные… Не представляю, как я всё это успевала. Но как-то успевала. Потом стала первым замом председателя райпо у Смирнова Василия Александровича.
Делать карьеру никогда не стремилась. Карьеристкой никогда не была. Бог давал – рост был. Не люблю якать, но за что бы ни бралась, всё получалось. Наверное, потому что всегда было огромное желание работать. По совести. И это мне помогало по жизни. Везде срабатывалась с людьми.
Упрямая была. Ребятишки маленькие – мама в командировку поехала. Дорог совсем не было. По три-четыре-пять дней дома не бывала. Начинала ездить на ГАЗ-51, представляете?! Нас иной раз трактором по амурским степям таскали, до Усть-Кана могли пять часов добираться.
Однажды поехали с главбухом в командировку. Зимой. На УАЗике тентованном. Мороз под минус сорок. И печь у нас начала ломаться. Ой, господи! Мы до Усть-Кана доехали, думали всё, до такой степени замёрзли… Постучались в первый дом, где свет горел. Чаем нас напоили. Хозяин дома помог шофёру, как будто что-то загудело. Завелись, поехали, миновали Сугаш – снова сломались. Холод – жуткий!
Пришла к Смирнову: «Больше так не поеду, жить хочу, и у меня дети маленькие...» Спасибо ему, он тогда в области выбил: «Вот завторг у меня чуть не замёрзла», – дали новый «Москвич», беленький, хорошенький.
Когда начали расформировываться предприятия кооперации, мы стали первооткрывателями в республике – решили сделать ТОО. В райопо были пайщики, 12 тысяч! И надо было всех перевести в новый формат. Это было в 1990 году, наверное. Огромная была работа. Ездили по району, проводили собрания с пайщиками. Побывали во всех сёлах. Уставы принимали. Тогда никто в этом толком не разбирался. И во многих местах, особенно в городах, я знаю, особо предприимчивые люди этим пользовались. Но я люблю, чтобы всё было по-честному, по-справедливости. Начали работать по- новому. Получилось неплохо. Каждый магазин стал самостоятельным, а это не то, что предприятие в 670 человек, за каждую тряпочку для мытья пола надо в районе отчитываться... Самостоятельность поощряет поиск новых форм, поощряет инициативу...
Самой Надежде Галактионовне инициативы не занимать. По многим моментам она была в торговле впереди Усть-Коксы всей. Да и сейчас, когда конкуренция сильно возросла, держит марку.
И что ещё лично меня в ней восхищает: всю жизнь работая в торговле, она не стала «торговкой», для которой копейка – свет в оконце.
Считать она умеет не хуже калькулятора и компьютера, но не считает, что ЭТО – главное в бизнесе. Да, бизнес должен приносить прибыль. Но не любой ценой, и уж точно не жульничеством!
Характерный пример. Надежда Галактионовна была единственным предпринимателем, который, узнав, что в этом году в Тюнгуре проводится этап кубка России по горному бегу, сама предложила спонсорскую помощь. Собственноручно сформировала 50 пакетов со сладостями для участников детского забега.
Почему? Потому что уверена: эти соревнования работают на положительный имидж района, способствуют развитию туризма. И от этого всем будет польза.
Вот бы все предприниматели такими категориями мыслили.
Алексей ГЕРАСИМОВ,
фото автора.
 

Комментарии


Комментариев пока нет

Добавить комментарий *Имя:


*E-mail:


*Комментарий:


Официальный сайт МО "Усть-Коксинский район" Республики Алтай

Официальный сайт Правительства Республики Алтай